САЙТ ГАЗЕТЫ "ЗДОРОВЬЕ
ДЛЯ ВСЕХ"
 
Темы последнего номера
Полезные адреса
Салоны красоты
Найди своего врача
Анонс

Обмен баннерами:

 

Онкобольной без боли – это реально

Один из мифов, существующих вокруг онкологии – что раковые больные в последней стадии обязательно прикованы к постели. Из-за боли. Однако, по мнению онкоспециалистов, при правильном лечении такого быть не должно.

 

О боли у раковых больных и о том, какие изменения нужны в системе лечения таких пациентов, и состоялся разговор с врачом в области лечения боли, президентом Эстонского общества боли Борисом ГАБОВИЧЕМ (ITKH).

В лечении онкобольных участвуют специалисты нескольких направлений – хирурги, онкологи, врачи лучевой терапии, специалисты в области лечения боли, социальные работники, семейные врачи. И все же нередко на заключительном этапе болезни пациент, страдающий от сильной боли, выпадает из сферы наблюдения врачей и не знает, где искать помощи.

Лотерея, в которой проигрывают все

По мнению Бориса Габовича, положение онкопациента в значительной мере зависит от региона. Ему повезло, если он попал в один из трех центров - Северо-Эстонскую региональную больницу (PERH), Онкоклинику ТУ и Ида-Таллиннскую центральную (ITKH), где есть специальные кабинеты боли – здесь больному окажут профессиональную помощь. Но везет не всем. Значительная часть онкопациентов находятся под наблюдением онкологов, кого-то из них они направляют в кабинет лечения боли, если вдруг с лечением боли возникли какие-то проблемы. Но наступает момент, когда онкологам больше нечего предложить больному - все возможности исчерпаны… Что тогда? Отныне единственный врач, на которого он может уповать, - семейный. Но именно на этой, последней, стадии у больных часто и возникают боли. Но далеко не все семейные врачи отправляют пациента в кабинет лечения боли.

Да и сам пациент не всегда понимает, что делать, начинает самостоятельно принимать обезболивающие из аптеки. Потом из-за боли оказывается прикованным к постели. Ему могут помочь врачи домашней поддержки. Они, как правило, не имеют тех возможностей для оказания помощи, которые есть в центрах лечения боли. У них пока, к сожалению, нет права выписывать все необходимые лекарства с максимально возможной скидкой.

Фактически на сегодняшний день нет единой системы лечения боли, которая регламентировалась бы в рамках государства неким порядком. И тут кому как повезет…

Де-факто врачи по лечению боли есть, де-юре – их нет

Еще несколько лет назад у нас такого понятия, как врач по лечению боли, просто не было. Его нет в перечне финансируемых Больничной кассой специальностей.

В 2012 году вышел приказ министра социальных дел, в котором упоминается «врач, имеющий дополнительную компетенцию в области лечения боли». И далее следовали некоторые права на выписку лекарств больным. То есть сегодня не только де-факто, но и де-юре такие врачи есть, но специальности в перечне Больничной кассы по-прежнему нет. А значит, нет и финансирования из бюджета БК. Вся работа кабинетов боли и их финансирование из общих денег больниц – добрая воля их руководства. Если целевое финансирование лечения боли появится, то следом возникнет возможность открыть кабинеты боли и в других медцентрах – они будут в этом заинтересованы, ведь это возможность дополнительных денег.

Вот и получается, что раковый больной не всегда знает о существовании таких кабинетов. В итоге, пройдя все круги онкологии и оставшись на последней стадии один на один с болью, он обращается с ней к семейному врачу. И тот начинает лечить его самостоятельно. Но опыта у семейных в лечении таких пациентов маловато. Да и мешают страхи перед неоднозначными препаратами. А вдруг лечение опиоидами вызовет наркотическую зависимость у пациента? Кто будет за это отвечать? Опять же, пациенту повезет, если семейный врач, не надеясь на собственные познания, отправит его к специалисту в области лечения боли...

Лечение боли - процесс комплексный

По статистике, почти 50% раковых больных в момент постановки диагноза имеют боль, а у пациентов с далеко зашедшим раком она проявляется уже в 80-90% случаев. Она связана или с самой опухолью (костные метастазы, давление массы опухоли на нерв и т.д.), или вызвана противоопухолевой терапией (операцией, последующей химиотерапией или облучением).

Раковую боль относят к хронической (которая длится дольше 3 месяцев). По словам Габовича, сначала назначаются обычные обезболивающие, которые, конечно, отличаются от тех, что предлагают в аптеках без рецепта. Доза, по мере надобности, увеличивается, затем в бой вступает "тяжелая артиллерия" - препараты из группы наркотических анальгетиков - сначала слабые, затем сильные опиоиды. Используются и различные процедуры - блокада, процедуры по разрушению структур нервных сплетений, имплантация подкожных автоматических помп, которые постоянно вводят дозу лекарства, и пр. Парадокс, но на сегодняшний день ничего из этого в Эстонии не оплачивается Больничной кассой по отдельной статье расходов...

Еще с одним феноменом в лечении онкологической боли нередко сталкиваются врачи. Время от времени на фоне грамотно приглушенной боли, от которой пациент уже не страдает, появляются мучительные приступы пиковых болей и прорывов боли. Длятся они всего 3-5 минут, но по силе в разы превосходят базовую. Иногда приступ продолжается около получаса. Еще несколько лет назад врачи были бессильны перед такими явлениями, им нечего было предложить пациенту. Теперь препараты быстрого действия, необходимые в таких случаях, есть. Вот только закон не позволяет семейным врачам и врачам домашней поддержки выписывать их со 100 % скидкой. Таким правом обладают только онкологи и специалисты по боли.

"Страшилки" в виде наркомании у онкопациентов  - это миф

Общая опиоидофобия, которая наблюдается и в среде врачей, и у самих пациентов и их родственников, по мнению Габовича, не имеет под собой никаких оснований.

Обычно страх возникает, когда человек видит, как доза лекарства за короткий промежуток времени увеличивается в геометрической прогрессии. Но это не имеет никакого отношения ни к наркомании, ни к зависимости.

Человек, приобретая некое наркотическое вещество на улице, хочет получить удовольствие, кайф. Толерантность организма к эйфорической составляющей опиоидов развивается очень быстро. И нужно постоянно увеличивать дозу, иначе удовольствия не будет. Но эти свойства никак не связаны с анальгетическим действием препарата. Толерантность, временная чувствительность к наркотическим анальгетикам если и может развиться, то настолько незначительная, что говорить о проблеме в виде зависимости просто неуместно.

Почему у раковых больных иногда дозы лекарства буквально растут? Вовсе не потому, что у пациента развивается толерантность, а потому что раковая опухоль увеличивается в размерах и захватывает новые части тела. Параллельно увеличивается и потребность в лекарстве. Но ни о какой наркомании тут речи быть не может.

В качестве резюме

Что требуется изменить в системе наблюдения за раковыми больными, чтобы гарантировать им нормальное качество жизни, то есть жизнь без боли в любой стадии болезни?

По мнению Габовича, прежде всего, БК должна признать дополнительную специальность врача по лечению боли и начать целевое финансирование кабинетов боли. На данный момент Эстония - единственная страна ЕС, где этого нет. Решение должен принимать министр здравоохранения - должность, которая недавно вновь появилась в структуре министерства соцдел.

Что еще? Конечно, важна совместная работа онкологов и врачей по лечению боли с семейными врачами. Последние подтверждают, что не имеют достаточного опыта, чтобы принимать решения, необходимые для устранения жалоб раковых пациентов и лечения побочных эффектов.

Важен обмен информацией о состоянии ракового больного, нужны короткие и конкретные инструкции, возможность консультаций семейных врачей по поводу лечения боли, причем хорошо, если бы они проводились по специальному телефону, ведь онкологи крайне заняты в рабочее время.

Еще одна важная проблема для раковых пациентов и их родственников - получить лечение по уходу - очереди длинные, свободных мест нет, возможности оплаты такого лечения у больных и их близких ограничены...  

Светлана Павловская

Кабинеты боли в Эстонии:

SA Põhja-Eesti Regionaalhaigla, Сютисте теэ, 19, Таллинн, тел. 617 1049.

AS Ida-Tallinna Keskhaigla, Рави, 18, Таллинн, тел. 1900

Больница Magdaleena, Пярну мнт., 104, Таллинн, тел. 1900

Rakvere Haigla, поликлиник Rakvere Haigla, Лыуна пыйк, 1, Раквере, тел. 322 9780.

Консультационный тел. 50 46 659.

SA Pärnu Haigla, Ристику, 1, Пярну, тел. 447 3300.

Тел. врача: 447 3490.

Ida-Viru  Keskhaigla, Рави, 10, Кохтла-Ярве, тел. 339 5109.

Tartu Ülikooli kliinikum, Пуусепа, 8, Тарту, тел. 731 9100.                                                                

 

 

 

 

О газете Темы последнего номера Контакты Реклама в газете Подписка Впервые опубликовано у нас Полезные адреса