САЙТ ГАЗЕТЫ "ЗДОРОВЬЕ
ДЛЯ ВСЕХ"
 
Темы последнего номера
Полезные адреса
Салоны красоты
Найди своего врача
Анонс

Обмен баннерами:

 

Кому решать: «Жить или не жить?»
 
Член правления столичного союза врачей Пеэтер Мардна заявил порталу Дельфи, что «цена, которую наше общество платит за поддержание жизни безнадежно больных людей, чрезвычайно высока».
По его мнению, «мы используем средства непропорционально, и соотношение качества и цены не уравновешено". Следует, мол, повышать сознательность людей, чтобы в случае клинической смерти они не стали обузой для общества, а внесли свой вклад в донорство органов. При этом врачи нуждаются в инструкции: оживлять пациента или нет.
Короче, позиция известного врача, который еще недавно возглавлял министерскую комиссию, рассматривающую жалобы пациентов на врачей, неожиданна: непременно выводить из клинической смерти не надо.
Современная медицина способна поддерживать непригодный для жизни организм на вегетативном уровне практически бесконечно. Пеэтер Мардна вспомнил случай Миланы Каштановой, лечение которой в Германии обходится дорого, но состояние здоровья которой исключает выздоровление.
Цинично (даже «нордически») рассуждает доктор. И непозволительно аморально. Тем не менее, проблема не надуманная, новые реалии навязывают превосходство доллара над моралью. Возможно, человеческое общество подошло к той грани, за которой возможны новые представления о нравственности, о ценности и цене человеческой жизни. Или что-то все-таки остановит нас?    
На эти вопросы искали ответ участники организованного Эстонским советом биоэтики семинара «Этические вопросы, связанные с эвтаназией и смертью».
 
Принятие решения на грани преступления
Доктор Хеле Эвераус, возглавляющая Эстонский совет биоэтики, считает, что решение в пользу эвтаназии или против него должна определять только этика. Она предлагает сопоставить все «за» и «против». И вот варианты.
Суициду содействует врач. Он выписывает большую дозу барбитуратов. Наступает глубокий сон, прекращается дыхание и наступает смерть. Роль врача – пассивна. Добровольная активная эвтаназия. Лицо само пожелало смерти. Пациент получает сильное успокоительное средство, после чего вводится смертельная доза лекарства, обычно приводящая к остановке сердца.
Невольная активная эвтаназия. Лишение жизни человека, который выступает против этого.
Недобровольная активная эвтаназия. Лишение жизни больного человека, который не способен дать осведомленное согласие.
Надо знать, как действовать доктору, когда у пациента отсутствует право выбора в силу болезни. Такое состояние делает его беспомощным и уязвимым перед врачом, родственниками, близкими. 
Для принимающих решение или тех, кто дает согласие на эвтаназию, имеет значение все. Можно ли обосновать его желанием избавить больного от страданий, не игнорирует ли врач, содействуя пациенту в его желании эвтаназии, принципы своей профессии?
Закон должен гарантировать группам риска (престарелые, инвалиды), что им не нанесут вреда.
Важна и позиция общественности. Кстати, те, кто поддерживают эвтаназию, сами редко практикуют ее на себе и своих родственниках. Они, как правило, здоровые люди. Как тут не вспомнить доктора Мардна?     
Вопросы есть и с правовой точки зрения. Правильно ли сделан прогноз о смерти? Достаточно ли времени было у пациента на принятие окончательного решения?
Нейтральны ли врачи, которые должны подтвердить решение лечащего врача, тем более если тот сам подобрал их?   
Доктор Эвераус полагает, что, прежде чем агитировать в пользу эвтаназии, надо выяснить, насколько она необходима. Нельзя не печься о социальном обеспечении престарелых людей, в то время как политики против роста расходов на медицину. Важен честный диалог по проблеме. Возможно тогда, - заключает Хеле Эвераус, - наступит безболезненная, «хорошая» смерть для самой эвтаназии.  
 
Право на жизнь не дает права на смерть
В судебной практике Эстонии не было прецедента с эвтаназией. Нет у нас и специального закона об эвтаназии. Не было на эту тему дискуссий и попыток написать такой законопроект. Но, считает юрист Антс Нымпер, это не значит, что эвтаназия у нас вне правового поля. 
Тогда где граница между разрешенным и запрещенным? Юрист считает: «Там, где начинается и заканчивается активная эвтаназия, то есть когда смерть вызвана действиями человека». Это не бездеятельность или отключение аппарата искусственного жизнеобеспечения, так как аппарат не лечит болезнь.
Активная эвтаназия – это действия, вызывающие смерть, то есть это и смертельный укол. При этом уже не важны мотивы. Пенитенциарный кодекс (статья 113) устанавливает, что за убийство человека предусмотрено наказание в виде тюремного заключения от 6 до 15 лет. Запрет на убийство – краеугольный камень эстонского права.
И все же есть случаи, когда оно не наказывается. При самозащите, к примеру, то есть убийство, как ни парадоксально, может быть оправданным.
Ясно, что активная эвтаназия против воли больного – это убийство. В Евросоюзе есть государства, в которых согласие пациента на эвтаназию считается оправдательным обстоятельством, а есть такие, где добровольная эвтаназия запрещена.
О тонкостях этого вопроса говорит знаменитое дело в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ). Супруги Претти отстаивали право на эвтаназию – сначала они просили предоставить им за это индульгенцию, так как в Англии она запрещена законом. Дело дошло до ЕСПЧ, где решили руководствоваться статьей 2 Европейской конвенции о правах человека, которая утверждает, что у каждого есть право на жизнь.
Супруги Претти заявили, что это дает человеку и право самому уйти в мир иной. Но вердикт ЕСПЧ был иной: право на жизнь не дает права отнимать ее. Впрочем, судьи сопроводили свое решение оговоркой – каждое государство вправе само решать такие вопросы в рамках своего законодательства.  
 
Пассивная эвтаназия и автономия пациента
Юристы сходятся на том, что «пассивная эвтаназия» – это бездеятельность, прекращение деятельности (например, отключение аппарата жизнеобеспечения), что ведет к смерти. Больной умирает из-за болезни.  
Возникает понятие «автономии пациента». Например, свидетели Иеговы категорически против переливания крови. Они имеют на это законное право. Это похоже на пассивную эвтаназию, когда замученный болью пациент отказывается от действия, которое продолжало бы его жизнь, но не спасло от смерти.
Другая ситуация, когда пациент сам не может выразить свою волю. Эстонское законодательство занимает четкую позицию – осматривать пациента и оказывать ему медицинскую услугу можно только с его согласия.
Как быть? Если пациент не может выразить волю сам, такое право дано его родственникам и близким людям. Это порождает споры, которые порой доходят до суда. В Европе был случай, когда суд отдал право решать вопрос об эвтаназии (случай с травмированной женщиной) не ее родителям, а мужу.                   
Еще говорят о «косвенной эвтаназии», которая на самом деле эвтаназией и не является. Это активные действия медиков, которые могут привести к смерти, что не является их целью. Любая операция, даже удаление аппендицита (не говоря о более сложных) – это риск для жизни больного. Врачебная ошибка (не халатность), приведшая к смерти, относится к косвенной эвтаназии.
Когда смертельный исход случился от передозировки лекарств, рассматривают два варианта. Если доза соответствует дозволенной в медицинской практике, то медики не несут ответственности. Если отпущенная доза не была разрешена и привела к смерти, то это активная эвтаназия.        
 
Активная эвтаназия в Нидерландах 
И в этой стране, первой разрешившей эвтаназию и известной большим числом добровольного ухода из жизни больных, по закону запрещено убивать. Но здесь создан правовой «спасательный круг» для врачей и тех, кто желает уйти в мир иной.
Юридически это сделано элегантно: хотя речь об убийствах, но оговаривается, что в этих случаях никого за это  преследовать не будут. Никто не должен бояться, если:
- лечащий врач считает, что состояние пациента невыносимо и улучшение исключено;  
- есть подтверждение такого состояния хотя бы одним независимым доктором;  
- желание пациента добровольно и неизменно;
- пациент информирован и осознает свое положение и перспективу;
- смерть наступает приемлемым способом в присутствии врача, эвтаназию производит либо врач, либо пациент;
- пациенту не менее 16 лет или не менее 12 лет при согласии родителей; 
- государство информировано о предстоящей эвтаназии.
Существует еще и применяемый на практике протокол Гренингена. По этому документу никого не будут судить при эвтаназии пациентов младше 12 лет, если одновременно соблюдены условия, схожие с названными выше.
Каковы тенденции в мире? Эвтаназия легализована помимо Голландии в Бельгии, Германии, Швейцарии, Македонии, Японии, в четырех штатах США. В сторону легализации движется и Калифорния.
 
Расставанье с жизнью в покое и всепрощении
А вот мнение лютеранского пастора Меэго Реммеля: «Слово «эвтаназия» на греческом языке означает «хорошая смерть». У священников-лютеран это вызывает недоумение: в переводе слово «евангелиум» означает «хорошая весть», даже «благостная весть».
Не по-христиански говорить, что нет ничего лучшего, чем умереть. Хотя смерть в христианской этике трактуется глубоко и многопланово, предпочтение отдается жизни. В евангелическом понимании нельзя утверждать, что «эвтаназия» – это хорошо.  
Пастор рассказал историю смерти своей матери. В очередное ее посещение он заметил, что глаза ее потускнели, кожа стала шероховатая. Спросил у отца: «Что случилось?» Тот ответил, что семейный врач посоветовал отказаться от капельницы. Но священник решил, что тогда мать умрет не от рака, а от обезвоживания. И они оставили капельницу до последнего вздоха умиравшей. То есть ей не дали «эвтанизироваться», она умерла от болезни, а не от отсутствия ухода и внимания.
Меэго Реммель считает, что это было важно для его матери и для него с отцом. Безразличное отношение к смерти ближнего может привести к трагическим последствиям. Осознание неизбежности смерти кардинально меняет самого человека.
Когда больной узнает, что его ждет верная смерть, он уходит в себя и старается не беспокоить окружающих, но поначалу не верит в нее. Позже он досадует и даже приходит в ярость. Такая агрессивность может перекинуться и на родных.
Следует фаза самообмана, когда умирающий «торгуется» с Судьбой (Богом), рассчитывая на чудо. Но когда убеждается, что конец неизбежен, впадает в глубокую депрессию от того, что остается один на один со смертью. Умирающий считает, что в его жизни не было никакого смысла.    
Но такой пустоты и расставания с жизнью можно и нужно избежать. Перед смертью у человека должна быть духовная опора, некий «душеприказчик», которому он доверяет все самое сокровенное. Должен быть и полноценный уход как материальный, так и душевный. Этим выражается уважение к умирающему, это помогает ему успокоиться, он перестает смотреть в будущее и начинает вспоминать свою жизнь.      
Важно помочь уходящему из жизни человеку оценить прожитое им положительно, признать, что жизнь прожита достойно. Принимая это, умирающий человек может позвать священника, чтобы исповедаться, пригласить родных и попросить у них прощения.
Важно, чтобы человек расставался с жизнью в покое, примирении, прощении.
 
Димитрий КЛЕНСКИЙ
Фото из личного архива Хеле Эвераус
 
Наша справка. Википедия дает такое объяснение. Эвтаназия — практика прекращения (или сокращения) жизни человека, страдающего неизлечимым заболеванием, испытывающего невыносимые страдания, удовлетворение просьбы без медицинских показаний в безболезненной или минимально болезненной форме с целью прекращения страданий.

О газете Темы последнего номера Контакты Реклама в газете Подписка Впервые опубликовано у нас Полезные адреса